Category: еда

Завтрак пуриста

Телевизор на кухне бубнит: "...бутИлированной воды... какую бутИлированную воду выбрать..." Вот вы мне лучше расскажите, как вас угораздило "выбрать" такое произношение и написание.

Удивительная вещь - рассуждая о языке и его нормах, люди чаще всего исходят из представления о языке как о живом любопытном существе. Живёт оно себе, с удовольствием путешествует по свету, нахватывается там разных интересных и модных штучек, а потом их переваривает... точнее, что-то переваривает, а что-то нет. За стеной такого эссенциалистского понимания языковой системы остаются представления о том, как всё это происходит, какие конкретно люди тащат к нам новые словечки и речевые модели, чем эти люди занимаются, с кем общаются и так далее. Например, при слове "суши" мне видится молодой распальцованный боров из 90-х, который освоил английский ровно настолько, чтобы читать слог shi как "шы", похоронив исходное "суси". А, скажем, испанский уже не освоил совсем и остров с ласковым именем Ивиса перекошмарил в "ибицу".

Но вернёмся к воде. Случилось так, что процесс разливания воды по бутылкам стал ярчайшим примером словарного фетишизма - безоглядной ориентации пресловутого народа-языкотворца на нормативные словари. Из одной дискуссии:


Чурки - что с них возьмёшь? Лопатина не читали:)

Collapse )

Когда молчат словари

Продолжаю делиться размышлениями о тенденциях в русском языке, о судьбе отдельных слов и выражений.

Наверняка многим из вас приносили в ресторане или кафе небольшое бесплатное угощение со словами "комплимент от заведения (шеф-повара)". То, что это именно комплИмент, у меня лично никогда сомнений не вызывало. Находятся, однако, люди, которые (видимо, руководствуясь каким-то тайным знанием) авторитетно утверждают иное:

"Но, оказывается в ресторане можно получить разное - не только комплимент, который мы с Вами хорошо знаем, а ещё и комплемент (комплемент - от латинского complementum, то есть - дополнение, добавление)."


Collapse )

Не тяните нас за язык

Одним из краеугольных камней идеологии украинства является тезис, что малорусы и великорусы представляют собой не два русских субэтноса, а принципиально разные народы, далёкие друг от друга и в генетическом, и в культурно-лингвистическом отношении. Для иллюстрации последнего тезиса используются, например, такие столь же нехитрые, как и "убедительные" таблички:



Посмотрим, на каких манипуляциях строятся подобные вбросы. Все до единого собранные в этой таблице украинские (как и белорусские) слова заимствованы из польского языка. Последний, как известно относится к западнославянской группе, как и чешский со словацким, где аналогичные слова тоже есть.

Полонизмы активно использовались при создании книжного украинского языка. Они чужды народной малорусской речи, где их намного меньше. Например, слово "чекати" до начала 20 века было известно только в Галиции (которая Украиной, если кто не в курсе, никогда ранее не называлась). В самой же Малороссии (Украине), как и в Великороссии, употреблялся глагол "ждати". И "дякую" (в значении частицы, вводного слова или предикатива) не говорили, в ходу было слово "спасибi" (хотя глагол "дякувати" использовался). Данная манипуляция основана на крайне смутном представлении широкой публики о старой украинской классике, которая в максимальной степени отражала именно народный малорусский язык. Со статьёй "Криве дзеркало украiнськоi мови" одного из этих самых классиков - Ивана Нечуя-Левицкого, который протестовал против огаличивания родного ему языка, и вовсе знакомы единицы.

В неуклюжие попытки оперировать свежими заимствованиями авторов подобных простыней даже неудобно тыкать носом. Впрочем, этим как раз - что божья роса... Открываем русско-украинский словарь 1961 года издания и - о, диво! - журнал по-украински тоже будет "журнал". Ну просчитались большевики маленько, украинизацию провели, но непоследовательно, кое-где и порой имели место отдельные недостатки. Теснейшую связь между русским и украинским искоренили целиком, но не полностью, вернее, полностью, но не окончательно.

И совсем уж непонятно, на какое взблеивающее стадо рассчитано подсовывание нам одних и тех же слов, различающихся лишь путём и формой заимствования: кофе (<- англ. coffee <- ... <- араб. qahwe) и кава (<- польск. kawa <- ... <- араб. qahwe). При том, что упомянутый выше словарь фиксирует в украинском оба слова - и "кофе", и, на втором месте, "кава". А также сахар (< др.-рус. сахаръ <- греч. σάκχαρον <- ... <- санскр. śárkarā) - цукор (польск. cukier <- нем. Zucker <- лат. succarum <- ... <- санскр. śárkarā).

Стоит ли говорить, что многие из приведённых в таблице русских корней прекрасно себя чувствуют даже в "неродственных" западнославянских языках (хотя значения могут и расходиться). Поскольку корни эти большей частью общеславянские. Например, в чешском языке есть слова krásný, robota, neděle, čas, jitro. В словацком и польском - аналогичные им. И наоборот, из русского лексикона никто не исключал слов "червонный", "гай", "конёк" (в знач. "кузнечик"), "цибуля", "година", "рано", "другой" (в т.ч. и в значении "второй"). Даже "панчоха", и та зафиксирована Далем, причём не только на юге, в Курской губернии, на которую зарятся свидетели Великой Украины, но и в Череповецком уезде тогдашней Новгородской губернии.

При сопоставлении списков базисной лексики (т.н. списки Сводеша), доля общих слов в русском и украинском/белорусском языках составляет 86%. На чём, кстати, основан известный анекдот:

- Как по-украински нога?
- Нога.
- А рука?
- Рука.
- Хм. А голова?
- Голова.
- Хм. Хм... Ну а жопа?
- Срака.
- Так, выходит, вы всё это устроили из-за сраки???

Грубовато, но в целом, пожалуй, верно. А не надо нарываться :)